Через «море Мангазейское»

     Первым из европейцев в глухое сибирское заполярье, если верить Новгородской летописи XI века, отправился морским ходом двинский посадник Улеб. Пройдя через Железные ворота (пролив Карские ворота), Улеб морем и реками дошёл до Югры.  

     Первые письменные известия о богатой соболями Мангазее появились уже в конце XV века. Безымянный новгородский книжник упомянул о ней в сказании «О человецех незнаемых в Восточной стране», сославшись на рассказы побывавших там смельчаков. Изрядно, впрочем, и от себя домыслил. Летописец поведал, что далеко на востоке, за Уралом, за Обь-рекой, лежит диковинная страна, населенная самоедскими племенами: «…завомыми Малгонзея. Ядь их мясо оленье, да рыба, да межи собою друг друга ядят…».

     В сказании упоминается страна Балд (Баид) «в верху Оби реки великиа». Там «человеци живут в земле, а ядят мясо соболи; а иного у них звери никоторого нет, опроче соболна. А носят платие соболие, и рукавицы, и ногавицы, а иного платиа у них нет, ни товару никоторого». Академик Л. С. Берг считал, что страна Балд находилась к западу от Енисея и к северу от Северного полярного круга, где жили енисейские самоеды (ненцы) из рода бай[1]. Профессор М. И. Белов под страной Баид понимал «Туруханский край», по имени двух речек Баих (Большой и Малой), впадающих в р. Турухан в том месте, где позднее возник Туруханский острог и где проходил путь из Мангазеи в Новую Мангазею[2].

 
 
р.Нижняя Баиха в разливе
Фото Данила Хусаинова
Экспедиция "Тайны Мангазеи"
2019 г. июнь

     А в самом начале XVI века о Мангазее знали уже и в Европе. Местность «Мологенн» изображена на карте Грегориуса Рента и Маргариты Философики 1503 года в северной части материка восточнее Гиперборейских (Уральских) гор.

Ca._1503_world_map_by_Gregor_Reisch.jpg
 

     Сначала сведения о далёкой Мангазее носили откровенно сказочный характер, но совсем скоро первопроходцы донесли до своих родных и близких вполне достоверные и реалистичные вести о земле сибирской. Холод и отдаленность местности промысловиков не пугали, а веские аргументы в виде соболиных и лисьих шкур были приняты во внимание и стали руководством к действию для смельчаков. Первые походы поморов в мангазейские земли оказались удачными. Соболей привезли домой изрядно. Немудрено, что как только был проторен верный путь к благодатной земле, туда хлынули ватаги русских промысловиков.

     Новгородцы и архангелогородцы, жители древней Мезени, поморы из Пинеги и жители Пустозерска быстро освоили непростой, коварный, но сулящий большие прибыли путь по северным морям и рекам...

     Основной и наиболее знакомой для новгородцев и поморов дорогой издревле был Мангазейский морской ход от Северной Двины вдоль берега Белого моря к Пустозерску. Далее шли они Студеным морем, проливом Югорский Шар и оттуда в юго-западную часть Карского моря и к северу полуострова Ямал. Из глубины полуострова, из соединенных между собою узкими перешейками озер, вытекает река Мутная. На восток, в Обскую губу, несет свои воды река Зеленая. Кочи двигались с остановками по системе волоков. Дальше шли караваны по Обской губе к устью реки Таз. «Море Мангазейское» называли землепроходцы единую акваторию Обского и Тазовского заливов. Море было пресноводным, неглубоким, но порой весьма бурным, и оттого – коварным.

     Походы от Холмогор и Пинеги на Обь отмечены еще в начале XVI столетия. В 1517 году крестьяне Антоньева-Сийского монастыря, Терентий и Григорий Цивилевы, Федор и Назар Тимофеевы на своем коче совершили туда, судя по характеру документа, рядовой поход. Следом потянулись и иностранцы. Так, в 1556 году англичанин Стефан Барроу узнал от поморов Федора и Лошакова, одно время служивших проводниками, что русские промысловики часто ходят на реку Обь. Имелись даже такие смельчаки, сообщал англичанин Пиршес, которые брались за небольшую плату провести корабли в устье Оби, считая это дело для себя обычным[3].

Корабль капитана Ченслора и штурмана Стефана Барроу «Эдуард Бонавентура»
9050_600.jpg

     И все же более или менее регулярные плавания по Мангазейскому морскому ходу приходятся на более позднее время – 80-е годы XVI века.

     В 1584 г. «главный фактор английской компании» в Московии А. Марш обратился с письмом к «четырем русским» с предложением об организации экспедиции для исследования низовьев Оби. Благодаря этому стало известно чрезвычайно интересное письмо-ответ А. Маршу, написанное опытными русскими мореходами. Из него мы узнаем, что в то время русским были хорошо известны эти места. Они были прекрасно осведомлены о географии и природе северо-западной части Сибири, о путях к «русской» (приобской) и «мангазейской» (заобской) земле. Наряду с речным, А.Маршу был расписан и морской путь на Обь: «Если ты хочешь, чтобы мы поехали к устью р. Оби морем, то мы должны пройти мимо острова Вайгач, Новая Земля, Земля Матвея, т.е. Матвеевой Земли, и ты убедишься в том, что от острова Вайгача до устья Оби не очень трудно проехать». В ответе иностранцу содержится указание на то, что русским хорошо известен путь к востоку от полуострова Ямал, но отсутствует описание этого пути[4].

     Марш также впервые упоминает о Тазовском городке (вероятно, о Мангазее). Правда, в приведенных М.П. Алексеевым записках Антона Марша указано, что Тазовский городок является первым (к западу) среди северо-сибирских русских поселений и что находится он в устье реки Пады (Соби). Это ошибка. Тазовский городок был в то время самым восточным из русских городков на севере Сибири и к устью Соби не имеет никакого отношения[5].

     В дневнике Я.Х. ван Линсхотена, комиссара двух первых голландских экспедиций 1594 и 1595 гг., приводятся сведения о русской торговле на реке «Молконзай», а также об устьях рек Обь и Енисей[6].

     В 1596 году, согласно «Пинежскому летописцу», ходил на Надым и Таз усть-илимец Юрий Долгушин. Поэтому вполне достоверно прозвучало заявление 170 поморских промышленников, сделанное ими в 1616 году в Мангазее. Допрошенные воеводой Иваном Биркиным, они сказали: «Ходят торговые и промышленные люди с Пинеги и Мезени и с Двины морем, которого лета льды пропустят, в Мангазею для промыслов своих лет по 20 и по 30 и больше, на Пустоозеро и на Карскую губу на волок…».  Нашему современникау этот маршрут кажется просто поразительным.

 
 
 
Карта Севера России, страны самоедов и тунгусов.
Издана голландским картографом И. Массой в 1612 г.
(Карта в в полном размере)
Isaac_massa_1612.jpg

     В 1623 году его подробно описал пинежанин Леонтий Шубин, находившийся в составе экспедиции, которая летом 1601 года на четырёх кочах (всего 40 человек) вышла из Холмогор. Путь кочей лежал на восток вдоль побережья Ледовитого океана, через пролив Югорский шар к западным берегам полуострова Ямал. Примерно в средней части Ямала существовала уже хорошо известная поморам речная (с использованием волока) дорога в Обскую губу. Однако в первое лето Шубину и его товарищам не удалось дойти до Ямала, «потому что были ветры встрешные и льды великие». 

     Пришлось промышленникам войти в Печору и зазимовать в Пустозерске. В июне следующего года кочи отправились в дальнейший путь и, достигнув Ямала, подошли к реке Мутной (Сё-яха). Речка эта была настолько мелкой, что груженые кочи не могли войти в неё, хотя их осадка не превышала 1 м.

     Пришлось дождаться с моря «прибылой воды», а затем 20 дней тянуть суда бечевой до волока. Для преодоления системы мелких озёр Ней-то и сухого волока до озера Ямбу-то (русские называли его Зелёным) кочи приходилось разгружать, запасы опять же тянуть на лодках и переносить на себе. Через сухой волок кочи перетаскивали с помощью воротов от того, что «людей было мало». Из озера Зелёного вытекала одноимённая речка «меньше Мутные реки, да и мельче», но впадающая в Обскую губу. До последней промышленники шли ещё 10 дней. В Обской губе кочи наконец развернули паруса и при попутном ветре дошли до устья Таза. Этот же северный ветер позволил судам подняться по Тазу до только что возникшего города за двое суток. Весь путь от Пустозёрска до Мангазеи занял три месяца. 

[3] Карамзин Н.М. История государства Росийского в 12-ти томах. М., 1998. Т.VI.с.173.

[4] Цит. по. И. П. Магидович В.И. Магидович. Очерки по истории географических открытий. Т. 1. М. «Просвещение» 1982 г. С. 82.

[5] С. Герберштейн. Записки о Московии. С-Петербург. 1886 г. С. 126.

 
 

[1] Каманин Л.Г. Сибирь и Дальний Восток // Сб. История открытия и исследования Советской Азии. М.: Мысль, 1969, с. 260.

[2] Белов М.И. Крайний Север и Северный морской путь // Сб. История открытия и исследования Советской Азии. М.: Мысль, 1969, с. 377.

[3] М.И. Белов // Раскопки «Златокипяшей» Мангазеи.-Ленинград, 1970

[4] Алексеев М.П. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и писателей, т. I. XIII-XVII вв. Иркутск, 1932, с, 187

[5] В. Старков. Очерки истории освоения Арктики. Том II. Россия и Северо-Восточный проход

[6] Там же.

 

© 2021 Экспедиция "Тайны Мангазеи"