Воеводы мангазейские и путь на восток

[3] Карамзин Н.М. История государства Росийского в 12-ти томах. М., 1998. Т.VI.с.173.

[4] Цит. по. И. П. Магидович В.И. Магидович. Очерки по истории географических открытий. Т. 1. М. «Просвещение» 1982 г. С. 82.

[5] С. Герберштейн. Записки о Московии. С-Петербург. 1886 г. С. 126.

     В 1600 году по государеву указанию из Тобольска со служилыми людьми в Мангазею отправились письменный голова князь Мирон Шаховской, Данило Хрипунов и целовальник торговый человек С. Новоселов с предписанием «острог поставить и ясак збирать, и быть тамодо указу», и они «первой Мангазейской острог поставили».

     Добирался этот отряд до Мангазеи с «приключениями». Сначала он потерпел крушение, даже не дойдя до моря Мангазейского. Вот как это описывает кандидат исторических наук Е.В. Вершинин: «При этом почти все историки, писавшие об основании Мангазеи, ошибочно утверждают, что Шаховской вышел в Обскую губу. Между тем, как следует из его же отписки, отряд не прошел по Оби далее Пантуева городка. Что это за городок? Остяцкий Пантуев городок – это Пандухарден (по-самоедски) или Воксар-ваш (по-остяцки), и располагался он на правом берегу Каменной (левой) Оби, в 20 верстах от устья и 80 верстах от Обдорска. Где-то в районе этого городка три коча потерпели крушение, а коломенки с продовольственными запасами прибило к берегу и залило водой[1]».

     Это происшествие не остановило первопроходцев. Поздней осенью, оставив корабли и часть припасов, отряд на лыжах и самоедских оленях отправился «на Мангазею и Енисею» зимним путем.

Окончательный результат этой экспедиции и спустя год был неизвестен царской администрации. Это следует из «Наказа Мангазейским воеводам князю Василию Мосальскому и Савлуку Пушкину», данного в 1601 году: «А будет князь Василей Мосальской и Савлук Пушкин проведают про князя Мирона про Шеховского и про Данила Хрипунова подлинно, что князь Мирон и Данило до Мангазеи и до Енисей не дошли, и Енисейская будет самоядь своровали князя Мирона и Данила за рекою за Пурою в днище их разгромили, наряд, и зелье, и свинец, и запасы поймали, а князь Мирон и Данило с казаки отшол»[2].

     Но отряд, хоть и с большими потерями, преодолев все трудности, добрался до Мангазеи.

Об этом много лет спустя свидетельствовал ленский казак Лазарь Аргунов. В своей челобитной на имя царя Алексея Михайловича он пишет, что его отец Савва Аргунов служил в отряде Мирона Шаховского. По словам казака «самоядь их на тундре многих служилых людей побили и запас (продовольствие и товары) весь их отгромили и после того оне до Мангазеи шли – голод и всякую нужду терпели и пришед в Мангазею самоядь к подданству привели»[3].

Мирон Шаховской происходил из рода Рюриковичей, московский князь и воевода. В истории Русского царства он упоминается с 1590 г., когда ему приходилось руководить рассылкой документов из царских приказов по Москве. В 1594 году Мирон Шаховской значится в списке участников приема императорского посланника. С 1599 он был письменным головой в Тобольске, где и получил приказание отправиться в Мангазею строить острог, собирать ясак и приводить к присяге московскому государю местные народы.

     Мирон Шаховской и после мангазейского похода верно служил Русскому царству и государям на его престоле. В 1603 и 1604 гг. князь Шаховской был послан в Рязань – воевать с разбойническими шайками, грабившими жителей. Выполнив успешно это поручение, он получил новое приказание – набирать в Рязани казаков на царскую службу.

     В 1609 году Мирон Шаховской – осадный воевода в Москве. Он принимает участие в боях с отрядами тушинцев (сторонников Лжедмитрия II), действовавших в это время против выбранного царя Василия Шуйского. В 1610 году Шаховской был послан на Двину собирать государевы денежные доходы. В 1613 году участвовал в соборе по избранию на царство Михаила Романова. Князь Мирон Шаховской подписал соборную клятву, составленную о воцарении первого представителя рода Романовых на русском престоле.

     В 1616 году князь Шаховской был воеводой в Каргополе, в 1618 году – на воеводстве во Пскове, откуда был отозван в Москву в июне 1620 года. В 1621 году получил приказание "писати и мерити всяких чинов людей белые и черные места". В 1623 году князь Мирон Шаховской был воеводой в Костроме, откуда его отозвали в 1625 году. В следующем году он был назначен на воеводство в Нижний Новгород, где пробыл до 1628 года. После этого известий о нем нет, умер прославленный «завоеватель Мангазеи» в 1632 году.

     На помощь Шаховскому и Хрипунову через год с припасами пробились в Мангазею еще две сотни человек во главе с князем Рубцом-Мосальским и Савлуком (Лукой) Пушкиным.

 Оба предводителя стрельцов тоже оказались людьми заметными и свой след в истории оставили. Василий Рубец-Мосальский в Смутное время перешёл на сторону Лжедмитрия I  и сдал ему осаждённый город Путивль, который, как воевода, призван был защищать. А Савлук (Лука) Пушкин, как гласит одна из исторических легенд, ничем, правда, не подтвержденная и уже не единожды опровергнутая, – якобы предок великого русского поэта. Того самого, который «наше всё», Александра Сергеевича.

     Не потомок Савлука Пушкина великий русский поэт Александр Пушкин. Однако вспоминаем его бессмертные строки «У лукоморья дуб зелёный…» и снова отыскиваем в описаниях северного Зауралья и нижнего течения Оби выражение «лука моря», то есть изгиб морского залива. Видим в этом месте на средневековых европейских картах надпись Lucomorye. Одним словом, тайна Лукоморья и связь его с Мангазеей ещё не разгаданы и ждут своего скрупулёзного исследователя.

Василий Рубец-Мосальский и Савлук Пушкин стали первыми мангазейскими воеводами, возглавив уже не только сам поход в далекую землю, но и затеяв строительство острога с одноименным названием. Под их началом продолжилось расщирение поселения и «объясачивание» местного населения и промысловых людей, стекавшихся в Мангазею по окончании охотничьего сезона.

     В 1602 году на правом высоком берегу реки Таз царские наместники «срубили» воеводский двор, защищенный оградой, съезжую избу (канцелярию) и несколько хозяйственных построек. Позднее государевы люди  возвели и первые укрепления - высокий частокол.

     В 1603 году в Мангазею послан был воеводой Федор Булгаков, основавший гостиный двор и доставивший священника и церковную утварь.

     В 1606 году в Мангазейский острог, на окраину Русского царства, на самые его задворки, впрочем, приносящие государству огромный доход, по указанию нового московского царя Василия Шуйского прибыли воеводы Давыд Жеребцов и Курдюк Давыдов.

Давыда Жеребцова можно назвать одним из самых выдающихся воевод Мангазейских. Именно он выполнил большое и серьезное государево задание – организовал строительство на берегах реки Таз деревянной крепости и Троицкой церкви. За крепостной стеной вырос посад – от 100 до 150 различного рода построек, населенный ремесленниками, охотниками и торговцами. Действовал гостиный двор – место торговли и проживания многочисленных купцов и приказчиков. Люди в Мангазее жили зажиточные:  на столе были у них не только хлеб и квас, но и заморские вина, сухофрукты, овощи, дичь, рыба, а еще местные ягоды и орехи. В воеводском доме, в избах образованных людей читали книги, соперничали в шахматы и даже культурно отдыхали – играли на музыкальных инструментах. На башне гостиного двора сверкали металлом часы – горожане по ним, а не по солнцу сверяли время и в выходные дни, и в будни. Об обнаружении деталей (в том числе стрелок) башенных часов писали в монографии «Мангазея. Мангазейский морской ход» М.И. Белов, О.В. Овсяников и В.Ф. Старков. Правда, как отмечали позднейшие исследователи Г.П. Визгалов и С.Г. Пархимович в книге «Мангазея. Новые археологичесские исследования», эти находки представлены только в первом (описательном) томе монографии, во втором, где приводится точные размеры и характеристики всех археологических ископаемых _ они загадочным образом отсутствуют[4].

     В Мангазее стремительно развивались ремесла, здесь изготавливали лыжи, рыболовные и охотничьи снасти, деревянные орудия, обрабатывали шкуры, ткали полотно и вязали шерстяные изделия. Работали кузницы и даже ювелирные мастерские[5].

     Многое, очень многое возникло в Мангазее при правлении Давыда Жеребцова, – воина, полководца, строителя, воеводы и мудрого администратора.

     Отправил Жеребцов служилых людей и дальше на восток, чтобы основать там Туруханское зимовье на реке Турухан при ее впадении в Енисей. К сожалению, мало правил Мангазеей воевода Давыд Жеребцов. В 1608 году он с отрядом из 1200 сибирских стрельцов и ополченцев выступил на помощь царю Василию Шуйскому, который вел тяжелую войну против  войск Лжедмитрия II. Воевода стал одним из соратников славного полководца, 23-летнего князя Скопина-Шуйского. Давыд Жеребцов  храбро воевал, побывал во многих сражениях. Стал одним из героев освобождения от шеснадцатимесячной осады Троице-Сергиева монастыря. А в 1610 году пал в бою во время обороны Троицкого Макарьева монастыря близ города Калязина.  Таким был самый выдающийся из воевод Мангазеи.

 
 
 
 
 

[1] Вершинин Е. Златокипящая Мангазея// Родина.-2001.-№8.

[2] Архив Акад. Наук, ф. 21, оп. 4, № 21, лл. 73–84, № 3

[3]Цит.по. М.И. Белов. Арктическое мореплавание с древнейших времен до середины XIX века. История открытия и освоения Северного морского пути. Т.I. M., 1956. С. 112.

[4] Визгалов Г.П. Пархимович С.Г. Мангазея. Новые архелогические исследования. – Екатеринбург. Нефтеюганск. Изд. «Магеллан». с. 19.

[5] Визгалов Г.П. Пархимович С.Г. Мангазея. Новые архелогические исследования. – Екатеринбург. Нефтеюганск. Изд. «Магеллан». с. 118.